Рост любого человека можно измерить школьной линейкой. А рост украинской нации – только высотой забора на улице Банковой, где сидит Президент. В лучезарные советские времена, когда и народ и партия были едины, по этой улице можно было кататься на «Жигулях». Тогда все знали своё место и никто никому не мешал. Начальство слушало Москву, а народ слушал начальство.

Постоянная угроза, что завтра «придут и заберут», обеспечивала идеальную гармонию в обществе. Генеральный прокурор сидел на скромной дачке и уважал своих соседей – ткачиху, инженера и врача.

О том, что у начальства имеется паёк с редкостной колбаской, люди знали. Но в глаза не видели. Чтобы народ не раздражать, начальство грызло колбаску в темноте.

Однако мир пролетарской справедливости нам сильно надоел. И мы кинулись просить свободы. Стотысячными толпами народ собирался под окнами начальства и слушал «правозащитных» поэтов. Они призывали «сохранять спокойствие и не поддаваться на провокации». Начальство смотрело в окна и не могло поверить, что всё это море людей собралось с единственной целью – «сохранять спокойствие».

Стало ясно, что из кабинетов никого не выбросят и можно спокойно грабить страну. О таком счастье и мечтать было нельзя. Начальство сделало вывод, что «правозащитные» поэты – это дурачки, а народ – это бараны.

Народную просьбу исполнили.

И как только свобода пришла, справедливость сразу пропала. Скромное начальство превратилось в наглое правительство, а секретарь советского колхоза стал называться президентом. И проезд обычным людям вдоль Банковой тут же запретили.

Сначала поставили наземный знак. Потом протянули верёвочку. Потом поставили шлагбаум. Потом снова знак. И опять верёвочку.

С виду – смешная суета. А на самом деле – серьёзная работа.

Начальство выясняло, на что бараны лучше реагируют: на знак, шлагбаум или верёвочку.

Но времена менялись. Начальство жирело, а народ умнел. И чем больше умнел, тем солидней становилось препятствие на Банковой.

Когда люди догадались, что начальству пора морду бить, верёвочку сменила скромная разборная оградка. А когда в оцепление милиции полетел первый кирпич, оградку сменили на стационарный чугунный заборчик. А когда грянул «оранжевый взрыв», пришлось поставить решётку до неба.

Наверное, начальство решило, что киевляне – это крылатые волки, у которых разыгрался аппетит. А значит, уже не нас, а себя они принимают за откормленных баранов, готовых к употреблению. Если учесть, что хозяйственные украинцы жирными харчами не брезгуют – бандитам тюрьмы уже не светят.

Забор на Банковой – самое точное мерило зрелости нации. И вряд ли наш рост уже прекратился.

Рано или поздно на месте решётки появится стальная стена с пулемётными гнёздами. Затравленное начальство станет ползать за этой оградой, а снаружи будут носиться лихие народные тачанки.

А потом, как всегда, придёт гармония. По улице Банковой начнёт ходить общественный транспорт. И каждый будет уважать своих соседей.